Карта отлива
Вера и Оскар находят морскую карту и собираются вернуть её хозяину. Но по дороге встречают краба с поющей раковиной, которому нужно успеть на дальний остров до прилива.
👶 7–10 лет 📖 34 стр. ⏱ читать ≈ 13 мин
Текст сказки
Карта лежала в жестяной коробке из-под печенья. Коробку волны выбросили прямо к ногам Оскара, когда он шёл вдоль берега искать стёклышки, отшлифованные морем.
— Вера! — крикнул он. — Тут кто-то потерял целое море!
Вера прибежала с карманами, полными ракушек. Оскар открыл коробку: внутри, завёрнутый в восковую бумагу, лежал лист. На нём синими чернилами были нарисованы островки, песчаные косы и стрелки течений. Между островами сидел осьминог в очках и держал перо сразу тремя щупальцами.
Читать дальше
Внизу значилось: «Карта мастера Чернильника. Беречь от чайки Пелагеи».
— Почему от чайки? — удивилась Вера.
Над ними раздалось:
— Потому что она делает в картах дырки!
На камне сидела большая чайка и с любопытством смотрела на коробку.
— Ты Пелагея? — спросил Оскар.
— Нет, её сестра. Пелагея сегодня занята: учит крабов летать.
Чайка расправила крылья и исчезла за скалой, не объяснив, шутит она или нет.
Оскар развернул лист. Одна стрелка вела к ближайшему островку, а возле неё было написано: «Верните мне, пожалуйста, эту карту. Мастер Чернильник».
— Пойдём вернём, — сказала Вера.
Был отлив. Вода отошла от берега, открыв дорожки из песка и плоских камней. До ближайшего островка можно было дойти по широкой косе. Там виднелась башенка из раковин и торчащий из окна пёстрый флаг.
Вера убрала карту обратно в бумагу. Они с Оскаром уже подошли к началу косы, когда из-под камня выбежал краб. Он нёс на спине раковину, которая была чуть ли не больше его самого.
— Осторожно! — крикнул краб. — Важная музыка идёт!
— Музыка? — переспросила Вера.
Краб поставил раковину на песок. Внутри тихонько звенело, как будто кто-то проводил ложечкой по краю стакана.
— Это песня моей тётушки. Она сочинила её очень давно, а потом забыла последний куплет. Я нашёл раковину, в которой записана вся песня. Теперь несу тётушке.
— Она живёт на острове с флагом? — спросил Оскар.
— Нет, это остров мастера Чернильника. А тётушка живёт дальше, на острове с двумя каменными арками. Видите? За флагом, левее.
Вера прищурилась. Далеко за первым островком и правда торчали из воды две серые арки, одна побольше, другая совсем маленькая.
— Я знаю короткую дорогу, — продолжал краб. — Но скоро вода вернётся и закроет песчаный перешеек. Если сначала идти к мастеру, мы не успеем.
— Мы тоже торопимся, — сказал Оскар. — Нашли его карту.
Краб заглянул в коробку и сразу узнал рисунок.
— Мастер долго её делал. Он будет рад, что она нашлась. Только тётушка ждёт меня уже три дня.
Вера посмотрела на раковину. Та снова звякнула, и на этот раз из неё послышалось что-то похожее на напев: «Ла-ла… ла-ла…» А потом тоненький голос пропел: «И компот улетел!»
Оскар не удержался от смеха.
— У неё хорошая песня.
— Я же говорил! — обиделся краб. — Все думают, что она про погоду. А она про компот.
Вера перевела взгляд с карты на дальние арки. Коса к острову Чернильника была совсем близко. Она уже представляла, как мастер раскланивается с ними и, может быть, показывает карту с обратной стороны. А дальняя дорога уходила за каменный выступ и исчезала из виду.
— Если мы проводим тебя, как потом вернёмся? — спросила она.
— Есть длинная дорожка по высоким камням, — сказал краб. — Она ведёт с тётушкиного острова обратно к берегу. Её видно дольше, чем песок. Тётушка знает её лучше меня и покажет начало.
Оскар присел на корточки и заглянул в коробку.
— На карте есть обе дорожки?
— Должны быть. Только тут так много линий!
Вера разложила карту на плоском камне. Ветер тут же попытался приподнять уголок. Краб прижал его клешнёй.
Они нашли две арки и рядом с ними тонкую песчаную полоску. Дальше она соединялась с длинной цепочкой точек, огибавшей большую скалу.
— Эти точки похожи на камни, — сказал Оскар. — Но карта промокнет, если её всё время раскрывать.
Он достал из кармана карандаш и кусочек бумаги, в который утром заворачивал булочку. Бумага пахла корицей. Оскар быстро нарисовал две арки, ближайшую скалу и цепочку точек.
— Не очень похоже, — заметила Вера.
— Это не скала, это стрелка.
— Тогда похоже.
Краб снова взвалил раковину на спину, а Вера взяла коробку с картой. Они пошли по мокрому песку мимо полоски ракушек. Краб уверенно показывал дорогу, хотя из-за груза время от времени поворачивался набок.
— Хочешь, понесу? — предложила Вера.
— Она скользкая.
— Я двумя руками.
Краб осторожно передал раковину Вере. Та оказалась прохладной и неожиданно тяжёлой. Внутри снова запели про компот.
— Твоя тётушка сама это поёт?
— Да. Записала, когда ещё выступала на празднике прилива. Ей тогда подарили целую корзину водорослей и одну ложку.
— Почему ложку?
— За компот, конечно.
Когда они обогнули каменный выступ, песчаный перешеек открылся целиком. Он был узкий и блестящий, а с обеих сторон в мелких лужицах отражалось небо. Две арки теперь казались ближе.
— Запомните полоску белых ракушек, — сказал краб. — Она ведёт до самого острова.
Оскар отметил полоску на своём листке. Потом заметил, что по песку уже тянется тонкая струйка воды.
— Прилив начинается?
— Кажется, да, — ответил краб. — Пойдёмте.
Они дошли до острова, когда вода ещё только подходила к краю перешейка. Под большой аркой стоял домик из гладких камней. На крыше сушились синие ленты, а у двери висела раковина вместо звонка.
Краб постучал в неё клешнёй: тук-тук-тук.
Из домика вышла маленькая крабиха в шляпке из водоросли.
— Ты опоздал на два дня и три завтрака, — сказала она.
— На три дня, тётушка.
— Значит, я забыла посчитать один завтрак. Проходите скорее!
Они устроились на плоском камне у двери. Вера поставила перед крабихой раковину. Та наклонилась, прислушалась и сначала замерла, а потом принялась подпевать:
— Ла-ла, ла-ла, а за ним полетел пирог…
— И компот улетел! — подхватил краб.
— Не компот, а кот! — возмутилась тётушка. — Компот остался на столе. Кот улетел на зонтике!
Раковина тоненьким голосом пропела: «И компот улетел».
Крабиха задумалась.
— Однако. Похоже, тогда я действительно пела про компот. Интересно, куда же делся кот?
Никто не знал. Тётушка пообещала сочинить для него отдельную песню и налила гостям чай из маленького чайника. Чашки оказались такие крошечные, что Оскару пришлось пить свой чай за четыре глотка. Вера уложилась в три, чем очень его удивила.
Потом она посмотрела на песчаную дорогу.
— Ой. Она исчезает.
Вода закрыла середину перешейка, а полоска белых ракушек превратилась в пунктир.
— Пора нам домой, — сказал Оскар.
Крабиха проводила их к другому краю острова. Там начиналась дорожка из высоких камней. Первые три были широкие и сухие, следующие блестели, а дальше цепочка огибала скалу.
— Идите до камня с дырочкой, — сказала тётушка. — За ним повернёте к высокой сосне. Она растёт уже на берегу, не на острове. Длинная дорога приведёт вас прямо к старой лодочной пристани.
Оскар достал рисунок. Камня с дырочкой на нём не было, и он быстро дорисовал круг.
— А что, если мы увидим две сосны?
— На одной сидит чайка Пелагея. Выбирайте другую.
— Почему?
— Она делает дырки не только в картах, — объяснила тётушка. — Ещё и в шляпах, если те ей нравятся.
Дети попрощались с крабом и его тётушкой. Те остались на острове слушать песню и выяснять, кто всё-таки улетел на зонтике.
Длинная дорога оказалась действительно длинной. С камня с дырочкой Вера увидела две сосны. На одной сидела чайка, на другой — никого. Они направились ко второй и вскоре вышли к старой пристани.
— А карта всё ещё у нас, — сказал Оскар.
Остров мастера Чернильника виднелся через залив. Флаг на башенке трепыхался, но косу уже почти покрыла вода.
— Завтра отнесём, — решила Вера. — Если мастер не передумал её получать.
На следующий день они снова пришли к берегу. Возле их вчерашнего камня кто-то воткнул в песок палочку, а к ней привязал бумажный прямоугольник.
На бумаге было написано: «Дорогие нашедшие! Сестра чайки Пелагеи рассказала, что вы спасли мою карту от воды. Сегодня в полдень я буду ждать вас у пристани. Принесу печенье. Чернильник».
— Он уже знает! — обрадовался Оскар.
— И нам не придётся идти на остров, — сказала Вера. — Хотя я бы сходила.
— Сначала вернём карту. Потом попросим показать обратную сторону.
В полдень у пристани появилась круглая лодка. В ней сидел осьминог в очках, а рядом стояла банка с печеньем. Чернильник так обрадовался карте, что пожал им руки всеми свободными щупальцами по очереди и ещё раз проверил, не забыл ли кого-нибудь.
— Сестра Пелагеи рассказала мне и про вашу дорогу к двум аркам. Вы, должно быть, торопились.
— Немножко, — призналась Вера. — Мы ещё и карту свою нарисовали.
Оскар показал листок с коричневым пятнышком от булочки. Чернильник внимательно рассмотрел стрелку, скалу и камень с дырочкой.
— Вот это правильно, — сказал он. — Камень с дырочкой обязательно должен быть на карте. Особенно если в него удобно смотреть одним глазом.
Он достал из лодки чистый лист и нарисовал на нём оба пути: короткий песчаный и длинный каменистый. Возле двух арок изобразил раковину с нотами, а рядом с сосной — чайку в чужой шляпе.
— Это вам, — сказал мастер. — На память. Только не показывайте Пелагее.
Оскар аккуратно сложил карту. Вера взяла печенье и прислушалась: из дальнего залива ветер принёс тонкий знакомый напев.
— Ла-ла, ла-ла…
— Интересно, кто сегодня улетит? — спросила она.
— Надеюсь, не печенье, — ответил Чернильник и быстро закрыл банку.
Как вам сказка?
Похожие сказки
-
Дорога домой по звукам
Костя проводит лето у деда в посёлке на берегу северного моря. Однажды они плывут на лодке смотреть нерп, и по дороге дед зачем-то учит внука слушать: как звонит колокол на бакене, как ворчат нерпы, как прибой говорит на камнях и на песке. Костя слушает вполуха, пока на обратном пути на море не опускается туман и не глохнет мотор.
9–12 лет · 32 стр. · ≈ 12 мин
-
Девочка с Марса и море
Мире десять лет, она родилась на Марсе и ни разу не видела неба без купола. На Марсе вода считается кружками, а на день рождения дарят полный таз. И вот Мира едет на лето к дедушке на Землю, к морю. Только она совсем не думала, что море окажется таким.
7–10 лет · 29 стр. · ≈ 11 мин